I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.

Потому что у меня появился книжный шкаф!
Раньше мое книги были географически разброшены - часть в общем книжном шкафу, часть в полке под телевизором, часть в моей полке, часть на подоконнике - стопки книг, закрывающие окна чуть ли не на половину. А теперь... теперь просто здорово.
Сегодня сложили полку, и я стала перетаскивать в нее все свои книги. И вот, что получилось. Но всех моих книг вы не увидите. Во-первых, потому, что они стоят в три-четыре ряда, во-вторых, еще куча книг не поместилась, и я их сложила обратно в свой шкафчик.  Все фотки можно рассмотреть подробно (они увеличиваются).

Ну, и как вы видите, на полке расположились не только книги, но и мои маленькие (и не совсем) приятели.
Если кто не знает, то я их еще раз представлю. ) Тот, что в подвешенном состоянии (ему так привычнее) - Пирсон.
А дельше, слева направо - Микки, за ним скромно выглядывает Даки, дальше устроился Джеффри, потом Дифенбекер, Джейк, Крис и Эмили. Мистер Кот устроился ниже на Дюма и Дрюоне.
Томас обозревает свои владения сверху. )))))))

 


 

читать дальше


Теперь подробности. )

 

Главные мотивы первой полки - Астрид Линдгрен; женская отрада, как я называю серию книг "Маленькие женщины" и повести канадской писательницы Люси Мод Монтгомери; и все, связанное с чудесным Джеймсом Хэрриотом. И, конечно же, Харпер Ли!
Ниже - люимая серия книг Владислава Крапивина.

 

Продолжения Крапивинских историй, Толкиен, Льюис, Морис Дрюон, Дюма и "Валькирия" Марии Семеновой. На той же полке еще много книг Семеновой, только уже не разглядишь.

 

Зарубежная и русская классика и полуклассика - от Шекспира до Пьюзо.
Ниже - сага о Гарри Поттере и любимое разное. )

 

В общем, теперь все наглядно и доступно!!!

 

 
 

 
 
 






@темы: books, i amore it

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Интересная рецензия по "В погоне за радугами" плюс перевод канадской рецензии на фильм.


 
 

 




@темы: chasing rainbows

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Даю второму курсу задание по новой теме, довольно основательное.
Артур и Гунтар хором: Что вы, skolotāja, лучше повеситься!
Я *бесстрастно*: Should I bring you a piece rope and soap?
Они: Yes!!!!
Я: Mint or strawberry?
Поняв, что сочувствия тут не дождешься, взялись за дело.

***

Есть у меня ученик Зигурд - хоть и первокурсник, но уже двадцать два года.
Татуировки, пирсинг, на руке намотан ремень с шипами. В обшщем, круче только Гималаи.
Переписывают таблицу с теорией на времена. Зигурд трогательным голосом:
- Skolotāja, можно мне линейку?

***

Другой первокурсник пришел убирать класс, а потом остался исправлять одну работу.
Пока убирал, на него напал разговорный стих. Досталось всем: нашим политикам, Евросоюзу, современным спортивным командам, системе образования (ничего себе темы для рассуждений для подростка?). Предположил, что нашему правительству нужен диктатор, чтобы всех приструнить, вспомнил Гитлера, сообщил, что раньше, кто по большму облажался - сами вешались, а сейчас довели страну и хоть бы что им.
Раньше в столь глубоких мыслях (да и вобще в мыслях) замечен не был. Отгребал от меня за мат. То есть, он привык чуть что ругаться матом. По поводу и без. Мимоходом, вслух. На замечание не реагировал в принципе. Ну чего, достал меня, отгеб пару раз как следует. Больше не ругается. Ну, я всегда счиитала, что немного диктатуры - оно только на пользу. )



@темы: work

22:41

Эээ?.. )

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Last Station называется.
"Картина рассказывает о последнем периоде жизни писателя Льва Толстого. Прожив долгую жизнь, устав от отчужденности и вражды в отношениях с женой Софьей Андреевной, в ночь на 28 октября 1910 года, в пятом часу утра с 39 рублями в кармане Лев Толстой тайно уехал из дому..."
Не, ну мы посмотрим, конечно, а вдруг? ;)

МакЭвой, я как понимаю, не Толстой, хотя, кто его знает. Может, в юности...






@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
А вы тоже используете отражающую поверхность мобильника как зеркальце? )))))))




Кстати, какие еще способы использования мобильника не по назначению пробовали? Ну или просто знаете?
Я мобильником жонглировала. Точнее одновременно жонглировала расческой, баночкой с кремом и мобильником.
Это был опасный номер, потому что мобильник был рабочий, и к тому же мой.



@темы: poll

15:56

To you... )

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Дорогая Ада!
С Днем Рождения тебя. :-*
BEST WISHES!







@темы: friends

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.


Photobucket 
Photobucket 
Photobucket 
Photobucket 
Photobucket 
Photobucket 


 

читать дальше

 
 
 





@темы: paul gross, due south

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Еще бы качество получше - совсем хорошо было бы. )



@темы: eastwick

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Если делать нечего можно прямо у себя в дневнике порисовать, а потом наблюдать, как проходил процесс. )



 




@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.

Этот фанфик меня замучает нафиг, но он опять откладывается. Но тут хоть не моя вина. Выходные - лекции, субтитры и продолжение банкета ремонта. Плюс сегодня с папой умудрились посмотреть фильм "Типа крутые легавые", и я, как ни странно, все же о нем напишу.

"Фильма дурнее я, наверное, не видел."
(Папа).

Собственно, этой краткой, но емкой фразой, и можно описать весь фильм.
Мне его пару раз рекомендовали, и на Кинопоиске были сплошь замечательные рецензии, да еще и Британский фильм - странно было бы не посмотреть. Но, заметка мне на будущее - не в прошлом веке живем, фильм не по телевизору идет, его можно наперед чуть-чуть просмотреть. Вот, если бы я его немного просмотрела, то явно бы мы не стали устраивать сегодня киносеанс. Потому что, какая, нафиг, комедия?! Это наполовину ужасник! А на другую половину - экшен. А вы же знаете, что ужасники я вобще не смотрю, а экшен воспринимаю лишь в очень ограниченных количествах. Но ничего не скажу - юмора там много. Черного, в основном.
И все... мы этот фильм посмотрели весь, хотя вовсе не в моих правилах обязательно досматривать начатое, если оно неинтересно.
И вот тут то самое странное - смотреть его было довольно интересно. Не знаю как папе, но, на мой взгляд, главное достоинство фильма - главный герой. И не просто герой, а... фрейзероподобынй герой!!! Против этого, вы сами понимаете, я устоять никак не могу. На редкость трудулюбивый, честный, талантиливый констебль Николас Эйнджел, способный всерьез сказать вооруженной толпе: "Вы арестованы", не приемлющий оружия, одинокий, идущий против всех ради вершения справедливости, останавливающий своего коня на красный свет у перекрестка, серьезный, обаятельный. Ну, а если уж его все-таки достанешь - тогда мало не покажется никому. Ну а в качестве бонуса - еще один замечательный персонаж - напрник Николаса Дэнни. В общем, благодаря этим двум героям вполне смогла посмотреть, но пересматривать это, конечно, не буду.






@темы: movies

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Раз уж зашла речь об "Иствике"...

Photobucket 

Photobucket

Photobucket
 

 




@темы: eastwick

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Вчера нужно было найти для одного поста Cказ о городе Иствике, трех девицах и одном богатыре . Ну, нашла, и конечно, перечитала. Да, не те масштабы, что раньше. Вспомнилось, какие баллады я писала на Дюмании. Веселое было время, как говорил Арамис. )))

Слово о форуме дюмановом, о боярынях-дюманках* и о мушкетерах французских.

(Первый сезон приключений поклонниц мушкетеров, Атоса, Портоса, Арамиса и д'Артаньяна в России нашего времени).

Ой ты гой еси, провайдер интеренетовский!
Не отключи сеть, дай нам песнь запостить.
Да сложили мы ту песнь на старинный лад;
На старинный лад, на баянный пляс.
И была та песнь о четырех французских рыцарях,
О рыцарях, да об отряде боярынь русских.
А было тех боярынь вчетверо множе и более –
Вот такой нынче сказ нам поведать вздумалось.
Так тушите «Окна» Нагиевы, бо в гусли уже ударили!

 
читать дальше
Собрались там боярыни-дюманки со всего свету,
Собрались не абы где – на конспиративной квартирушке!
И были они все как одна красавицы писаные,
Хоть в сериалах их снимай за червонцы немеренные.
А кто скажет, что это – авторский вымысел,
Того позовем насмерь биться, на Москву-реку, на кулачный бой.
 
Тут спеть нам надобно про форум Дюмановский.
Где мушкетерам уже все косточки в зубной порошок смололи,
Где Боярского чтят за великого князя кино российского,
Да восхваляют день за днем Дюма-батюшку.
Так были среди боярынь дюмановских LS да Евгения –
Девицы разумные, по истории зело сведушие.
И были там Арабелла Блад, Натали, Месье, да Амига,
Кои атосово-смеховской информацией все жесткие диски позабили.
С ними же Юлек, Скалли, д’Аратос, Ирэн да м-ль Дантес –
Все фанфикшенисты заядлые, что творят, ворда не жалеючи.
Да боярыни, по Арамису денно и нощно вздыхающие –
Ринетта, Капито и Эшли (это, Юлю да Скалли не считаючи).
А Ленин, Кассандра, Антуанетта, Анни, Алси, да прочие
Разве что стяг дюмановский не вышивали.
Так они все и жили на форуме возлюбленном,
А собрала сей отряд отважная боярыня Женя.
 
И замыслили как-то боярыни-дюманки
Спиритический сеанс творить, мушкетров вызывати.
Ибо не сошлись они во мнениях по одному вопросу,
Славно-молодца графа де Ла Фер, касаемо.
А до того не могли порешить, кто середь друзей
Самый верный был, да кто такой Мордаунт, сила нечистая.
Вот и собрались они на конспиративной квартирушке, что в белом граде,
Сотворили себе атмосферу времен Людовика Тринадцатого,
А сами уселись за стол круглый дубовый, ланселотки, понимаешь!
Простерли боярыни белы рученьки да прямо друг другу,
Соединили персты тонкие точеные, что и Арамис бы позавидовал,
Да стали говорить слова призывные, и не нашлось никого, чтобы позвонить в Кащенко.
 
И говорили они вплоть до ужина, когда захотелось им явств сахарных вкусить.
Тогда пошли они к столам скатерчатым, где уж все было заготовленно –
Мушкетерам блюда любимые, да все в изрядном количестве,
Ибо боярыни по этой части от рыцарей не отставали.
Для Атоса херес, разлива неместного, куропатки да пулярки,
Для Портоса барашек цельный, в соусе пряном зажаренный,
Для Арамиса – телятинка, да куриная грудинка в вине,
(А Скалли не забыла для прикола тетрогонов туда подложить,
Хотя Капито долго ее отговаривала, аббата жалеючи).
Д’Артаньяну яичницу с ветчиной да устрицы.
А помимо прочего – явства русские, что б гостей дорогих порадовать:
Икорка черная, красная, да заморская – баклажанная,
Семга, пирожки с капустой да борщок забеленный,
А до борща всякой зелени сочной, свеженькой,
Не обошлось, разумеется и без водочки.
В, общем, все это влетело в копеечку, но не о том сейчас речь.
 
То не ля Рошель осаждают супостаты гугенотовы,
То не столетняя война во Францию возвернулася,
Не атоковали монголо-татары стольный град,
Не пошел царь-батюшка Иван Васильевич на Астрахань!
То боярыни-дюманки за кушанья принимаются,
Поднимают с блюд крышки золоченые, открывают вино да водочку,
Кубками резными позвякивают, придвигают к себе тарелочки.
Только глядь – средь шуму застольного, средь девичьего щебетания,
Входят в залу четыре добрых молодца, четыре мушкетера французских.
И первый мушкетер ликом светел, бровьми червлен, а взглядом печален,
А второй мушкетрер телом крепок богатырски, да усами знатен,
Третий же взглядом кроток аки голубь, а лицом прекрасен словно сокол,
Четвертый мушкетер очами лукав, скуласт да видом всем приятен.
И одеты рыцари французские не по-нашему, а в платье иноземное
Кафтан длинный, без кушака, а с ременным поясом,
Штаны широкие, будто на двух рыцарей разом шитые,
Сапоги со шпорами, высокие, ботфорами что зовуться.
И входят они друг друга под руки взявши, ровно в фильме Хилькевича.
А боярыни-дюманки, хоть и ко всему готовые были, поразились немерено,
Но к их чести сказать стоит, что были они обморокоустойчивые.
 
Так зашли они в залу сводчатую, что под чердаком на квартирушке,
Сняли долой шляпы с перьями, шляпы с перьями да широкополые,
И приветствовали они боярынь земным поклоном, как полагается,
И хоть сами удивлялись добре, а не забыли этикету придворного.
Засмущались вдруг девицы красные, воочию героев своих узревши,
Зарделись их ланиты нежные, опустились ясны очи долу.
Затрепетали сердца в груди, заалели губки цветом маковым.
Но недолго сие смятение продолжалося, ибо взяла слово храбрая Женя:
 «Ой же гой еси, государи наши мушкетеры!»
Садитесь вы к столу скатерчетому, рядком с девицами,
Будем мы есть, да пить, да разговоры говорить.
Рады мы встретить дорогих гостей, дорогих да желанных,
Посему и позвали вас напрямик из государства Французского!»
 
И, взмахнувши челкой, молвил мушкетер Атос, что был за старшего,
Молвил в ответ речь ласковую да приветливую:
«Сударыни вы наши прекраснолицие!
Велика честь нам четверым представилась –
Отобедать с вами за одним столом, одного вина испить,
И исполним мы это с радостью великую,
Хоть и не знаем, спим мы али умом тронулисься.»
И ответила так Амига, взор устремив на рыцаря:
«Сон ли то или явь, все едино, государи милые,
А главное мы здесь вместе собралися.»
Вот и порешили они, что все это пустяки, как Атос выразился.
И присели мушкетры между боярынями трапезу чинить,
А за трапезой и беседа ручейком полилася...
 
Усадили наперво боярыни Атоса по прозванию де Ла Ферович,
Усадили во главе стола от явств заморских ломящегося,
Длинного да широкого, скатертью узорчатой покрытого.
И по праву руку села Женя, всеми боярынями чтимая,
А по леву руку LS – девица скромная да разумная.
А по сторонам от них Юлек да Евгения.
Усадили Портоса - богатыря французского,
Перед блюдом с барашком, на скамейку резную, дубовую
Рядом с ним м-ль Дантес да Скалли пристроились,
Арамис же скромно в уголке присел, на шпинат взгляул укоризненно,
А к нему недолго думая Ленин с Натали примостилися,
Зазевались Эшли с Капито, стало быть.
Подхватила д’Аратос д’Артаньяна под белы рученьки,
Да усадила супротив себя, на свободное местечко,
Пока прочие боярыни себе скамейку присматривали.
И как расселись все, то разлили вина да водочки,
Поднесли резные кубки дорогим гостям, как положено,
С хлебом-солью на подносе расписном.
Да тут вышла небольшая оказия с графом-батюшкой.
Посмотрел он как боярыни пригубляют водочку,
Да по незнанию всю стопочку залпом и выкушал,
А была та водочка крепкая да ядреная,
Не в пример хересу да вину анжуйскому.
И открылась тут графу вся правда вселенская,
Ой ты гой еси, водочка русская!
 
Взволновались боярыни, на Атоса глядючи,
Подбрали рукава длинные, повскакали с мест,
Да у каждой совет добрый для графа нашелся,
А половина их искуственно-дыхание делать вызвалась.
Так что граф пришел в себя как раз вовремя,
Иначе быть еще одному Рош Лабейлю неминуемо!
Только с той поры не глядел он на водочку,
А отведывал херес – оно и привычнее.
Тут и стали французские рыцари о себе рассказывать,
Каждый, по золоченому кубку вина пригубив.
И первым Портос разомкнул уста сахарны,
И молвил он холеный ус подкручивая:
«Расскажу я вам, боярыни милые, пригожие,
Да про наше житье-бытье мушкетерское.
А встаем мы, боярыни лепые, вперед солнышка красного,
Да надеваем боевое наше снаряжение –
Мушкетерский плащ комбинированный,
И к нему перевязь, как на мне видеть можете.
И наготове стоит оружие наше бранное –
Мушкет-батюшка, да рапира-матушка,
Что б живота не щадить супостатова.
Тогда идем мы к славному Тревилю нашему.
К капитану мушкетерскому в приемную,
Получаем пароль секретный, да указания
И государя нашего стеречь отправляемся.»
Так и молвил Портос, рыцарь французкий,
Заливного барашка под винцо уписывая,
А боярыни рядом сидящие, знай явств ему подкладывали –
«Кушай, мушкетер ты наш, батюшка!»
 
Тогда обратили боярыни-дюманки взор на Арамиса,
Кого аббатом д’Эрбле величать будут вскорости,
Залюбовались добрым молодцом пригожим да с виду кротким:
«Расскажи нам рыцарь праведный, к чему душа лежит,
О чем твои мысли да сердце радуются?»
Отвечает так мушкетер, кудрями тряхнув шелковыми,
По устам проведя платочком батистовым:
«Ой, не долго моей долюшке в мушкетарах быть,
Бастионы брать, да по белу свету скитаться,
Недолго и на дуэлях кровопролитных биться,
Ибо собираюсь я благочестию посвятить свои помыслы!
В аббаты податься, на путь праведный стать!»
На этих словах аромисомнкам взгрустнулося,
Представился им младой голубь в неволюшке,
А за решеткою стайка горлиц тоскоющик.
Стайка горлиц разнаперых, да покинутых.
И взяла Скалли от огорчения конфет из вазочки,
Да сразу столько, что не позволяли и приличия.
Вздохнула Юлек, да налила себе хересу, чего там уже,
А Капито оросила слезою салфеточку вышитую.
И увидел Арамис – душа добрая, что взгрустнулось красавицам.
И сказал им стих-рондо романтический, своего сочинения,
А был тот стих о семи строках – нежный да ласковый.
 
Тут дошел черед до д’Артаньяна, что родом из Беарна является,
До гасконца юного, отважного, хитрого да смекалистого.
И поведал он боярыням ладный сказ о себе да о своих товарищах.
Был тот сказ о бастионе, Сен-Жерве, куда друзья откушать отправились.
Тут не знаем мы, что забыли они на бастионе том осаждаемом –
То ли трактиров в округе той совсем не было,
То ли сервис в них был господам неприемлимый,
То ли удаль решили показать свою молодецкую,
То ли посидеть им укромненько захотелося,
Только подхватили они с собой кушаний разных, да вина крепкого,
Да позвали собой Гримо Молчаливого, лакея Атосова,
И пошли прямехонько к бастиону осаждаемому,
И кушали там целый час и более, заодно супостатов постреливая.
Да каменные глыбушки на них побрасывая.
А как закончились у них кушанья разные, да вина крепкие,
Возвернулись они обратно, подивив всех своею удалью.
И хоть знали ту историю боярыни получше рассказчика,
А внимали словам его с превеликим вниманием да радостью.
 
Тогда молвил гасконец удалой, с улыбкой лукавую,
Молвил он боярыням такие слова:
«Хорошо сидим, девицы красные, хорошо да весело!
Говорим обо всем, как на душе лежит, ни словом не кривим,
Вина пьем сладкие, да кушанье едим заморские.
Да охота нам, добрым молодцам, голоску послушать девичьего,
Что сродни звону бубенцовому – нежному да задорному,
Что польется ручейком летним в песенке!»
И уважили боярыни мушкетеров французских,
Затянули песни да на музыку Дунаевского,
На слова славного боярина Ряшенцева.
Не под фонограмму затянули, собственным голосом,
А мушкетеры знай слушали, да поттягивали!
 
Тут заметим мы, что водочки в графинчиках уж поубавилось,
Опустели с вином бутылочки – веселее пошла беседушка.
Мушкетер Портос анекдоты говорить вызвался, да все политические,
Про кардинала Ришелье, короля, да Бэкингема – рыцаря английского.
А девицы знай, смеются, заливаются, а Портос все пуще расходится.
Д’Артаньян песни горланит застольные, от души да с силою.
Только слух и голос у него отсутствуют, впрочем как и у наших эстрадников.
Арамис тетрагоны уплетает – он к тому привычный, да говорит экспромтами,
Осыпет девиц рондо да сонетами, да дистих впоминает время от времени.
А стихи те посвещает боярыням-дюманкам, ай да добрый молодец!
Только графу де Ла Фер вдруг взгрустнулося, опустил Атос буйну-голову,
Отворил еще отдну бутылочку, да затянул песнь вельми печальную –
Все про черный пруд, про инцидент охотничий, да про лилии.
И порешили промеж собой боярыни, графу больше не наливать.
Вместо этого нажала Ирен кнопочку, кнопочку не простую – магнитофонную,
Заиграла-запела в палатах музыка, какой у нас отродясь не слыхивали -
Поставили боярыни на первый случай сарабанду, а на второй – балет марлезонский.
Услыхали мушкетеры звуки знакомые, да сами собой в пляс и пустилися,
А за ними и боярыни – до танцев мастерицы первые – повскакали из-за столов дубовых.
И пошел не конспиративной квартирушке пляс веселый, тусовочный.
Опосля же и нонешнюю мызыку заиграли – все диско, да ро-н-рол задорный.
До упаду плясали боярыни, до самой зорюшки коленца выделывали.
А больше всех мушкетеры наплясались – шутка ль со всеми девицами по очереди!
Отдыхать ходили в уголочек – чинно да скромненько.
Кто интервью у мушкетеров брал, кто их в покер играть учил, всем примудростям
Кто-то советы давал по диссертациям - как-никак боярыни сами грамотные.
А иные стихи своего творения тихонько зачитывали, стилем хвастали.
Так ли оно все было, мы не ведаем, но на то она и официальная версия!
 
А как грянула зорюшка алая, засветились оконца ясным солнышком,
Тут и пришла пора французским рыцаям отправляться на родную сторонушку.
Как у нас говорят – быть каждой птахе в своем гнездышке.
Кому аббатом становиться, фрондерствовать, да заговоры чинить,
Кому жениться, да промышелнность в трех поместьях налаживать,
Кому капитаном мушкетерским быть, а кому и сына растить.
Не споют наши гусли, как загрустили боярыни, и баян не скажет.
Замолкли свистки да дудки, в песне разлуку скорою угадав.
Да и нам нынче тяжко поется, бо подходит к концу наш сказ.
Так и ушли мушкетеры как явились, лишь боярынь обнять успели,
Слова им молвить прощальные, мол, «мы обязательно встретимся!»
А потом встали рядышком, да исчесзли с глаз долой, будто и не было.
Так бы и закончился наш славный сказ, да не тут-то было -
Отерли слезинки боярыни, улыбнулись друг дружке ласково,
Не мушкетерское, мол, это дело унывать, грустить, да слезы лить.
Навели они порядок на конспиративной квартирушке, да аж до блеску!
И пошли гулять по граду белокаменному, о жизни своей беседовать.
И когда настала времячко им самим по сторонам разным расходится,
Поклялись они на томе «Трех мушкетеров» снова встретиться.
Но когда то будет, нам не ведамо, но верим мы в слово мушкетерское.
Двадцать лет спустя, а может быть десять, или через три-четыре столетия –
Один за всех и все за одного... Так играйте же гусли заново!
 
 
 

Сказ о боярынях-дюманках, о четырех мушкетерах французских да о привратностях судьбы.
(Второй сезон приключений поклонниц мушкетеров, Атоса, Портоса, Арамиса и д'Артаньяна во Франции семнадцатого века).

Не начать ли нам, други, сказание новое?
Хоть и новое, да по стилю стародавнему,
Не заиграть ли нам в гусли расписные,
Да не забренчать ли бубенцами резвыми?
Не подуть ли в рожок громкогласный,
Да баян ли не наладить ко времени?
Как вы понимаете, вопрос сей риторический,
И хотите вы али нет, а мы начнем.


В прошлый раз нам довелось поведати
Сказ о пригожих боярынях-дюманках,
Кои собралися на конспиративной квартирушке
В старинном граде белокаменном.
И учинили боярыни на той квартирушке сеанс спиритический,
Да так удачно, что четверых богатырей вызвали –
Четырех рыцарей французских, что мушкетерами зовутся.
И провели они с ними беседу наиприятнейшую,
А до беседы угощения разного наготовили – своего да заморского.
Опосля же, поставили боярыни музон тусовочный,
Да пустились на радость соседям с рыцарями в пляс.
А наплясавшись-наговорившись (по официальной-то версии!),
Отпустили они рыцарей до их сторонушки,
Да на о прощание новую встречу им посулили.
Тут-то и изчезли мушкетеры, как и не было,
А боярыни, очи утерев лепые, клятву сотворили –
Клятву не простую – дюмановскую - что вновь они съедутся,
С чем и разлетелись аки горлицы по своим сторонушкам.
А как пришел срок клятву эту исполнять, собрались они заново–
В том же составе, да на той же конспиративной квартирушке,
Отсюда и повесть наша начинается.

Тут не будем вспоминать мы речи приветственные,
Ибо протоколы чинить – не наша стезя.
Наше дело сказ поведать, люд честной развлечь,
Да мораль какую-нибудь в нашу повесть вложить,
А уж ежели нам за то чарочку поднесут,
Так мы, пожалуй, и слово благодарственное молвим.
Однако ж мы уже не в ту спеть наведались,
Возвернемся же к песне начатой.

Расположились боярыни удобно да ладненько,
Да по-старому методу стали сеанс спиритический творить.
Вот тут неведомо нам, кто из боярынь словом слажал,
А только вышла оказия, в простонородье обломом именуемая -
Не объявились рыцари на конспиративной квартирушке,
Не вошли как ране, друг друга под белы рученьки взявши;
А заместо того потемнело у боярынь-дюманок в очах,
Да земля, то есть пол, ушел из-под ноженек.
И, если бы вы то дело со стороны наблюдать вздумали,
Подивились бы чуду, на квартирушке той узренному.
Ибо ни одна боярыня и "каналья!" молвить не успела,
Как изчесли все девицы пригожие, все до одной, как и не было;
И стала над квартирушкой тишь да гладь, ровно в сейфе несгораемом,
На радость соседям непрогрессивным, на горе явствам нетронутым.
Ой, ты гой еси неудавшийся эксперимент!

Тут уж хотите верьте, а хотите – справки наводите,
А очнулись боярыни в местечке лепом, да неведанном.
Заволновались, понятное дело, да вокруг себя заоглядывались,
Ибо никто признать не мог, где это они вдруг очутилися.
И уместно нам будеть сказать, что местечко то было вельми пригожее –
С виду - лесок златой по-осеннему, с полянкой круглою,
Земля листочками разноцветными устлана аки скатертью,
А уж воздух в лесочке том такой, что и деды наши не отведывали –
Чистый да свежий, какой даже в глубинках нынче не сыщешь.
К слову молвить, боярыни были девицы догадливые,
Осмотрелись, заулыбались, стали версии разные выдвигать.
Подмигнула подруженькам Месье, да молвила с лукавцей:
«Ну что, дамы – Бургундия, Нормандия, Шампань или Прованс?
Куда увлек-то нас сеанс спиритический?»
И ответила Натали, мечтательно взор устремив на проталинку:
«Должно быть, государыни-дюманки, в Бражелоне мы!»
А Юлек возразила, что, скорее всего, Нуази недалече.
М-ль же Дантес предположила, что в Брасье они очутилися.
«Определенно Париж не за горами», - д’Аратос молвила.
Между тем времячко шло, да солнышко за горизонт закатывалось,
Вечерок подступал к лесочку, холодало по-осеннему.
Взгрустнулось боярыням, ибо были они легко одетые,
Да к тому еще голодные, ибо времячко к вечерней трапезе близилось.
И не занли они, куда путь держать, где рыцарей своих искать.
«Да, умнице-фортуне, ей-Богу, не до нас!» - Скалли вдруг заметила,
А прочие боярыни лишь вздохнули – что тут скажешь еще!
Однако делать нечего – сговорились боярыни путь держать
Прямехонько, да по проталинке, авось, она, родима, выведет.
Так и пошли они вперед, « У нас в стране на каждый лье...» напеваючи.
А нам остается надеяться, что шионы кардиналовы их не слыхивали.

Так и шли, напевая, боярыни до той самой поры,
Как стали из-за лесу стенушки монастырские подниматься.
Возликовали боярыни желанную цивилизацию узревши,
Да поперед друг дружки туда и кинулися.
И не догадаться нам, чем бы тут дело кончилось,
Кабы не было среди боярынь Евгении – девицы вельми разумной.
Остановилась она вдруг, да молвила: «Послушайте, государыни милые!»
«Послушаем, дамы, Евгению!» - закивали дюманки с согласием.
И молвила тогда боярыня, о чем не помыслил никто:
«Не след нам, подруженьки милые, нынче к монастырю идти!
Кабы были мы просто не по сезону одеты, то еще пол-беды,
А одеты-то мы не по эпохе – вот в чем незадача наша!»
Оглядели боярыни друг дружку, да призадумались –
Кто в джинсах, кто в кофточке модной, а кто и в мини-юбке –
Наряды для семнадцатого века не совсем типичные.
Они ж без корсету шагу ступить не могут,
Все юбки норовят напялить подлиннее, да пошире,
А сверх того перчаток да пряжек всевозможных –
Чего только не придумают, не работать лишь бы!
«А потому», - продолжала Евгения, - «нас там не только анафеме предадут,
А чего доброго и островок какой-нибудь нами отапливать вздумают!»
Подивились боярыни аристократии непрогрессивной, да делать нечего –
Решили они вперед четверых дюманок послать – местность прощупать.
И выпало по жребию идти Ринетте, Скалли, Амиге да Юле.
Нацепили разведчики веточки на голову для маскировки,
Попридуривались немного «Первый! Первый! Я – второй!»
Попрощались на всякий случай с остальными боярынями,
Да по-щтирлицовски на разведку и устремилися.

Тут поубавим мы децибеллов в гусельках,
Затрубим в рожок саундтрек икс-файловый,
Ибо действие нас ждет секретное, да опасное,
А посему просим нервных граждан нас не слушати,
Али валерьяночкой запастись своевременно;
Ну а ежели что - мы вас предупредить изволили.

Пробирались боярыни-разведчики от деревца к деревцу,
Пока не услыхали звук характерный позвякивающий,
Живо смекнули они, что кто-то недалече смертный бой творит,
Так как киносъемок тогда еще не придумали.
Подошли они ближе, хотя логичнее было бы деру дать,
Да такое увидали, что кабы были в корсеты упакованы,
Живо бы все четверо в обморок погрохались.
Эх! То не Фредди Крюгер на экране ужасы творит,
То не Новодворская по телевизору коммунистов громит,
То не Шойгу в голубом вертолете на вызов летит,
Не распространитель окаянный к вам в квартиру ломится.
Видят боярыни, что дело, нелитературно выражаясь, дрянь,
Ибо бьются на поляне смертным боем четверо мушкетеров,
А супостатов кардиналовых наседает на них куда более,
Видать, позабыли уже, чем в прошлый раз дело кончилось.
Переживали боярыни, за боем из кустов наблюдаючи,
Чуть было конспирацию свою от того не нарушили,
Да заметили вовремя, что сидят они на травушке,
А на травушке той каменьев лежит в ассортименте великом.
Смекнули тут боярыни, чем делу помочь,
Взяли в белы рученьки по камушку, да прицелились.
Прицелились не абы как, ловко, да по-хоббитски,
Чтобы не ровен час, Арамиса не зашибить,
Д’Артаньяну блямбу камушком не поставить,
Да не заехати в лоб Атосу-батюшке.
Ну, а Портос, нам думается, на то бы и внимания не обратил.
Кинули боярыни по камушку, камушку увесистому,
Да четверых гвардейцев разом и повалили.
И пошел тогда бой с мушкетерской стороны задорнее -
Есть боярыни русских селеньях и ноныче!

Справедливости ради сказать надобно,
Что дралися гвардейцы на славу славную,
Словно черный пояс по фехтованию носить изволили;
Надобно сказать, да промолчим мы по сему поводу,
Ибо такова наша сказательская воля.

Долго ли, коротко ли бой тот длился,
Но поднажали рыцари наши добрые,
Да всех супостатов в бегство-то и обратили,
Особливо тех, кто бежать еще мог.
А как поубавилось народу на полянушке,
Как гвардейское плямя из виду сокрылося,
Повыскакивали боярыни-дюманки из-за деревцев,
Из-за деревцев ствольных да ветвистых,
Да прямо к мушкетерам возлюбленным и кинулись.
Облобызали Арамиса – голубя ясного – в ланиты пригожие,
Обнялися накрепко с Атосом-батюшкой;
(А Амига, как нам ведамо, по русскому обычаю его привечала
Троекратным поцелуем; да возразить нам нечего – традиция..)
Нежно с д’Артаньяном да Портосом поздоровались.
И рады были, что не забыли мушкетеры за приключениями да службой
Боярынь своих верных; боярынь верных да преданных.

Сотворили боярыни-дюманки приветствие,
Да вместе с рыцарями обратной дороженькой тронулись –
Прямиком до своих подружек, что в лесочке осталися.
Тут бы и порадоваться нам концу счастливому, да не тут-то было -
Не велит нам баян звонкий лукавить, велит правду молвить.
И молвим мы о том, как дело было, ни словцом не слукавим,
А ежели приукрасим что, так то во славу сказа речистого,
Во славу повести нашей, что из самого сердца восходит,
Да досточтимым слушателям нашим посвящается.

Не успели боярыни с рыцарями и пол-дороженьки пройти,
Как заслышался конский топот, да показалась из-за ветвей всадница –
Боярыня Неткто на коне горделивом да быстром.
И была она вельми взволнована, что сперва и слова молвить не сумела,
А как стали ее расспрашивать, то поведала она какая беда приключилася.

Правду воспели актеры в Менг заезжие, ничего не убавили –
Было у кардинала по прозванию Ришелье шпионов немеряно,
Почитай, на каждый лье по соглядатаю, аки соколу зоркому.
Аки соколу зоркому, аки лисица шустрому.
И надо было такому случиться, что забежал один шпион в лесочек;
Забежал не абы зачем – по нужде наипервейшей.
Да в тот же самый лесочек, куда боярыни пригожие пожаловать изволили.
Где расположились, подруженек своих дожидаючись, да костерок развели.
Подглядел шпион тот, что диво дивное во владениях кардиналовых твориться –
Что сидят девицы кружочком вокруг огонька, да песенки поют антиполитические,
Все больше мушкетеров прославляют, да над кардиналом посмеиваются,
А одеты сами не по порядку установленному – ровно ведьмы на шабаше.
Струхнул перво-наперво соглядатай без меры - до большой нужды, так и надо ему, окаянному;
Сокрылся за деревцем дальним, да думал деру дать от места гиблого.
Присмотрелся, однако подольше, понял, что дамы вельми смирные –
На метлах не выделываются, заклятий страхолюдных не творят,
Да подгадал, что будет ему от сего зрелища добрая выгода.
Позвал он тогда сообщников своих на подмогу,
Явилось шестеро человек здоровущих да со шпагами,
А до шпаг еще и ружьишок понанесли,
Окружили боярынь, кои уж и не рады такому приключению были,
Да и повели их прямехонько к кардиналу – так мол и так, кардинал родимый,
Доставили мы тебе девонек, что куплеты твою честь порочащие распевали,
В бесовскою одежду рядились, да мушкетерам оды слагали,
А ты нынче, что хочешь, то с ними и делай, а мы свой долг исполнили!
И избегла воли супостатовой только боярыня Некто,
Ибо изволила она до того еще за хворосточком сходить, костерку подсобить;
Дошла до опушки, а там – диво дивное! – стоит конь горделивый,
Стоит гривой потряхивает, да ушами поводит.
Залюбовалась боярыня, да не скоро к подруженькам своим возвернулась,
А как пришла обратно на полянушку, коня за собой ведя горделивого,
То увидела, что уводят боярынь семеро лиходеев.
Смекнула боярыня, что одна беде не поможет, да поскакала подмогу искать;
Так и встетила она четырех боярынь, да мушкетеров вместе с ними.

Вознегодовали рыцари об опастности лютой, что боярыням грозила, заслышавши;
Опечалились дюманки-разведчицы, узнав в какую беду угодили их подруженьки,
Да и порешили все вместе, делом не мешкая, поспешить им навыручку.
Произнесли они девиз мушкетерский, да по следу шпионскому и пустилися.
Тут направим мы наш сказ на боярынь плененных –
Ох, не весело им было под конвоем шагать, о судьбинушке своей гадать.
Ох, не раз каждая из них подумала: «И чего это мне дома не сиделося?!»
А стражники их – страхолюдины невозможные – знай себе посмеивались,
Посмеивались, да пистоли кардиналовы, неполученное еще, подсчитывали.
По чести молвить, нашлись середь боярынь дамы зело оптимистичные.
Что у них на душе было нам не ведамо, а глаголили они речи обнадеживающие.
Молвила боярыня Снорри, что на самом деле мечты их заветные сбываются,
Мол, хоть их и силою ведут, но не абы куда, а вЛувр, к самому кардиналу.
Что великая честь им представится самого Армана дю Плесси узреть воочию.
Арабелла Блад, однако же на то возразить изволила.
Вздохнула красавица плененная, да молвила такие слова:
«Взглянем мы воочию, друженьки мои на Бастилию, да и то в лучшем случае,
А гостить будемы не в Лувре, а на Гревской площади, да и то недолго;
Все едино в чем нас обвинят – в ереси, али в измене государственной,
А то и вовсе объявят ведьмами, да затопят из нас костерок высоченный!»
Апосля сего утешения пуще прежнего боярыням взгрустнулося,
Вспомнился им форум родимый, дюаноский, как сидели они там чинненько,
Сидели, да посты пописывли – ладно в те времена было, да спокойно;
И вздумалося им, видите ли, сеансы творить спиритические,
Вот и натворили на свои буйны головы!

Тут уж напало на нас желание в лучшие сериальные традиции вдариться,
Затянуть отступление лирическое, в аккурат на четыреста стихов,
Да боимся, не одобрит нас Ронсар-батюшка за рифму подобную,
А посему перейдем мы к сказанию нашему по стилю стародавнему,
Благо песнь за песнею, а подходит оно к концу.

Поспешали рыцари французские с боярынями до своих подруженек,
Так и догнали их у самой дороженьки, что в град парижский путь прокладывает;
Остановились супротив лиходеев кардиналовых, да шпаги повынули.
И молвил мушкетер Атос по прозванию де Лаферович такую речь:
«Али отступитесь вы, холопы, от боярынь пригожих, да с миром уйдете,
Али гостевать вам нынче же у сатаны в преисподнии!»
Не вняли шпионы кардиналовы, посмеялись словам графским,
И быть бы тут бою смертному, да спасла дело находчивость дюманская.
Подмигнула Ринетта Маунти незаметненько, приосанилась, да вдруг и скажи:
«Зря вы, лиходеи любезные, зубы-то скалите! Не к лицу оно вам, да не ко времени.
Потому как не одни мы сюда пришли, а с целым отрядом мушкетеров тревилевых,
И покрошат они вас сейчас в салат оливье, вы и шпагой махнуть не успеете!»
Опустила на этих словах Маунти белу рученьку в карманчик джинсовый,
Отыскала там мобильничек, да кнопочку-то и нажала...
И разнесся из мобильничка глас тревилевский: «Мушкетеры короля, к бою!»,
Заиграли трубы призывные, да шпоры зазвенели!
Затряслись шпионы кардиналовы со страху, да оружие поскидывали,
Ибо подумалось им, что целая рота мушкетерская до них набежала.
Побросали лиходеи шпаги до ружьихки, да во всю прыть бежать кинулись.
Ой ты, гой-еси, современные технологии!

Сгинули лиходеи, что б у них по всем каналам «Дом 2» шел,
Сгинули, ровно и не было их в лесочке осеннем.
А боярыни с мушкетерами до самой луны по лесу гуляли,
Разговоры говорили, да песни пели.
Много речей было сказано, много и песен спето.
Любовались девицы мушкетерской удалью,
Внимали сказаньям дивным, да стихам ладным,
Кои перед самим госудерем читать пристало.
Только вдруг закатился месяц полный за облачко,
Легла на землю тьма тьмущая, что и друг дружку не видать,
Стихли звуки лесные, да речи удалые,
А как стало светлее, увидели боярыни, что изчез лесочек,
А вместе с лесочком и рыцари французские изчезли,
И очутились девицы вновь на конспиративной квартирушке,
В стольном граде, в Расеи-матушке.
Тут и канчается сказание наше, замолкают баян да гусли,
Все как было мы вам спели, ни слова не умолчали.
Разлетелись вновь горлицы по своим гнездышкам,
А слетятся ли вновь, нам того не ведомо.
Будет дело – будет и песнь вам новая!



 


 
 

 
*Дюман - поклонник творчества Александра Дюма.
Здесь также - участник форума Дюмания.
 

 




@темы: creative, tm

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Все три части отсмотрены, фильм чудесен, актеры замечательны, герои великолепны, юмор классный, сауэндтрэк улетный. Единственно - по мне так слишком много экшена, чтобы все пересматривать, но отдельных любимых моментов много. В общем, если кто еще "Назад в будущее" не смотрел, то вперед - будет здорово! )

Думаю, этот скрин с Марти МакФлаем заслуживает отдельного внимания. 

 
 








@темы: movies

00:10

((((((((

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.

Хотела в очередной раз развить тему, что мать моя - рекордсмен по доведению меня до нервной горячки на примере сегодняшнего конфликта, но, собственно, какой смысл? Эти кофликты всегда в принципе одинаковы и сводятся к тому, что я чмо, потому что имею наглость быть такой, какая я есть, а не такой, какой она меня хочет видеть. А меня она всегда хотела видеть второй собой. И если я раньше (что, кстати, было моей ошибкой) хотя бы создавала видимость соответствия образу, оттого, что еще не разбиралась, в чем дело, и наивно верила, что взрослые знают, что делают, то сейчас я это делать перестала, в результате чего стала законченным чмом, ну и далее список эпитетов, меня характерезующий весьма обширен, а количество наездов я уже и считать не берусь.
Слово "нафиг" - актуальное слово. Я, правда, знаю еще более актуальнаые слова, да и так все достаточно хреново, чтобы еще и их использовать.






I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.

[info]kimpatterson , я не знаю, что такое с этой ссылкой странное творится, но вот еще одна попытка - http://users.livejournal.com/_scally/tag/chasing%20rainbows . Если оно опять не открывается, я уже не знаю, чего с ним делать.
Если открывается - enjoy! ;))))))) Кстати, хотелось бы слышать еще впечатления по-поводу "Радуг". )
 




@темы: friends

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.

Вчера новой серии "парней с метлами" так и не появилось, хотя я здорово раскатала на нее губу.
Видимо поэтому, мне и приснился сон про керлингскую компанию. Сначала я во сне как бы просто смотрела новую серию (и в этот раз там был Пол!), а потом переместилась непосредственно в действие (Крис по-прежнему оставался там!).
Дальше сюжет помню смутно, разве что отрывками. Наша компания (Крис, Прамеш, Мэтт, я и еще зачем-то парочка моих коллег) обосновались в какой-то гостинице походного типа в очень живописном месте. Чего мы там забыли, не помню. Может, это было по дороге на какие-нибудь соревнования по керлингу? Впрочем, в самом деле не знаю, так что не могу утверждать. Прамеш таскал с собой какого-то экотического зверька - милого, но беспокойного. Не помню по какой причине, но я почему-то на всех умудрилась обидеться и ушла одна гулять к озеру, мол "да ну их всех".
А потом, насколько я помню, мы вернулись и что-то отмечтали все вместе в этом их баре. И мы с Крисом (внимание, самое яркое впечатление от сна!) танцевали с Крисом под лирическую музыку. Правда, потом выяслинлось, что у Криса проблемы с памятью. Он на это время пригласил на свидание какую-то другую девушку, но забыл про это, а она разыскала его в баре и сказала ему все, что о нем думает. )))))))))) Ну, а больше я из сна ничего не помню, могу только предложить новую серию, которую я только сегодня разыскала.

 




@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Папа отстранился от дел и таки соизволил посмотреть "Назад в будущее".
Что, сказать, фильм в самом деле чудесен, завтра будет часть вторая. )

P.S. Так вот откуда эта замечательная песенка в Господине Никто!
И темы в этих фильмах немного соприкасаются, да.
 





@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Ехала домой, облизываясь на "Парней с метлами", а новой серии еще никто и не выложил...
Предложила папе посмотреть "Назад в будущее". Все так хвалят, а я же еще и не видела.
Правда, несколько раз решительно скачивала, но так оно у меня где-то и терялась. Но папа, видите ли, занят. Мудрит чего-то там у себя... В общем, решила посмотреть третью "Историю игрушек" (которая находится в пятерке лучших полнометражных зарубежных мультфильмов по версии Скалли  ). То есть, я ее смотрела, но опять-таки с папой, так что сходу в переводе. Теперь по-нормальному хочу. ))))))) Кстати, как раз сейчас показываю любимую первую часть своим курсам на аудировании. Все же первая - она далеко в отрыве от двух последующих, хотя и они прекрасны. )





@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Вчера, когда ехала домой, в маршрутку вошел внушительного вида мужчина в рыбацком костюме сомнительной новизны, в сапогах и с удочкой. Он оказался очень говорливым и проболтал все три остановки, только вот говорил он, казалось, сам с собой. Речь шла в основном о сельском хозяйстве. Не исключено, что у него был невидимый собеседник. Не смотря на то, что выглядел он вполне себе добродушно, пространство рядом с ним даже при общей тесноте, было пустым. Беру на заметку! Чтобы в следующей раз меня не размазывали по стеклу в переполненной маршрутке, начну вслух цитировать что-нибудь из "Гамлета". Ну или просто рассказывать теорию на артикли или что-нибудь в этом роде.



@темы: random

I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.